У нас на глазах появилась великая книга, теперь она, как «Собор Парижской богоматери» и «Преступление и наказание», будет жить в сознании человечества.

Есть, пожалуй, лишь одно отличие книги «Благоволительницы» от иных мировых шедевров. Это отвратительный, чудовищный, воистину ужасный роман — не в смысле исполнения — оно безупречно, — а в смысле содержания. Таких книг классика еще не знала. Что там вывернутый наизнанку морализм де Сада, порнографические забавы Аполлинера, ошпаренный кипятком младенец у Чехова, кровавая каша в сапогах Барбюса, физиологический натурализм Бабеля…

Есть определенные возрастные ограничения на книги или кино. Так вот, сочинение Литтелла не рекомендуется читать при жизни. Это лучше вообще не знать.

Нет, в принципе все помнят, что когда-то имели место мировая война и «окончательное решение еврейского вопроса», — но, даже зная об этом, мы не могли стать свидетелями того кошмара.

Не могли — а теперь можем. Сейчас объясню, что имею в виду.

Как-то возвращаюсь домой и застаю маму в слезах. «Что, — говорю, — плачешь?» — «Вот, — отвечает, — перечитала «Тихий Дон». Как с родней повидалась».

Читать далее